Г.Ардон, Северная Осетия-Алания

Исторический очерк
Основан в 1824 как село. Название по расположению на р. Ардон. Гидроним из осетинского арра "бешеная", дон "река".

Город с 1964.

Краткая характеристика
Основан в 1824 как село. Название по расположению на р. Ардон. Гидроним из осетинского арра "бешеная", дон "река".
Экономика
Молочный, спиртовой, консервный заводы. Пищекомбинат. Ремонтно-механический завод, производство стройматериалов (в т.ч. асфальтовый завод).

В окрестностях Ардона - садоводство.

В Ардонском районе выращивают кукурузу, пшеницу, кормовые культуры, овощи. Мясо-молочное скотоводство, овцеводство, свиноводство.

Месторождения песка, глины.

Архитектура, достопримечательности
В Ардонском районе - лесной массив "Бекан" с многочисленными родниками.




Очерки о нашем городе:

АРДОН


Город Ардон (от названия реки, на берегах которой он расположился; свое название - бешеная река - она получила из-за бурного течения) образовался из слияния осетинского поселения и казачьей станицы.

В одной из статей в "Терских ведомостях" за 1897 год отмечалось: "Селение Ардон состоит из станицы и окружающих ее аулов; первое населено, большею частью, неслужащими нижними чинами казачьего сословия, а последние - исключительно осетинами (православными и магометанами); селение это довольно обширное, расположено на плоскости...".


Ардон занимал выгодное стратегическое положение, по сути являясь своего рода воротами Алагирского ущелья - одного из самых красивых в Осетии, богатого историческими памятниками. Известный российский историк-краевед В.В. Маркович, предпринявший экспедицию по реке Ардон, писал в начале XX века: "Здесь на каждом шагу раскинуты памятники древности, важные для истории Осетии... которые при их изучении могут осветить, может быть, не одну страницу истории человечества". Берега Ардона буквально усеяны остатками таможенных застав, оборонительных комплексов, башен.

Анонимный автор статьи в газете "Кавказ" (1887, № 287) отмечал: "Все аулы, которые мне встречались в Ардонском ущелье, унизаны этими башнями, частью разрушенными, частью уцелевшими. Эти памятники говорят о тревожных веках, когда горцу нельзя было выйти из дому, не вооружившись с ног до головы...".


Берега реки Ардон издавна населяли люди. От эпохи бронзы до нас дошли немые свидетельства - курганы, содержащие различные материалы той далекой поры. Только во время строительно-земляных работ в 1955/56 гг. в районе города Ардона исследовано 12 курганов, собрана значительная коллекция разнообразных предметов эпохи бронзы (конец III-II тысячелетие до н.э.).

Кобанская культура (XII-IV вв. до н.э.) в бассейне Ардона представлена широким ассортиментом металлических изделий; здесь же обнаружены следы древней выработки меди. Археологические находки убедительно свидетельствуют, что Центральный Кавказ был одним из древнейших центров металлургии и металлообработки. Еще в XIX веке некоторые зарубежные специалисты отмечали ведущую роль Кавказа в развитии европейской бронзовой культуры.


Очень рано население, жившее по берегам р. Ардон, попадает в сферу влияния ираноязычных племен. Интерес, например, алан к данному району обуславливался военно-торговым путем в Закавказье, шедшим вдоль реки, и наличием больших запасов благородных металлов. По нузальской надписи: "Золотой и серебряной руды имеем столько же довольно, как воды".


В средние века район привлекал внимание как российской, так и ближневосточной дипломатии. Значительно окрепли экономические связи с северным соседом, о масштабах которых свидетельствует тот факт, что "горские купеческие люди" выучились русскому языку. Иранские шахи и турецкие султаны также пытались закрепиться на Северном Кавказе, поэтому они всячески препятствовали развитию русско-кавказских отношений, используя все методы, вплоть до жестоких карательных походов.

"Никогда Иверия не бедствовала ужаснее нынешнего, - говорил в 1604 году грузинский царевич Юрий русскому послу, - стоим под ножами Султана и Шаха". В начале XVII в. особую агрессивность на Кавказе проявлял шах Аббас I. В осетинском фольклоре сохранилось немало преданий на этот счет.

Интересен в этой связи фрагмент записанного в начале XIX века в верховьях Ардона предания о первопредке осетин: "Некоторое время после прибытия Оса в горы, персидский шах объявил ему войну, напал на него... разбил его войско, убил самого Оса". В 70-х годах XIX века ардонцы рассказывали В.Б. Пфафу о том, как их предки "встретили Саха в Нузале, где они защищались, сбрасывая с высоты гор камни на войска и обливая их кипятком". Однако насколько можно судить по письменным источникам, войска шаха появились у границ Осетии лишь однажды: во время его неудачного похода в 1614 году передовые отряды персов были замечены вблизи Ларса, но дальше они не прошли.


В результате переговоров 1750/51 годов в Петербурге осетины получили разрешение на беспошлинную торговлю в Кизляре и Астрахани, появилась возможность переселения в предгорную зону Центрального Кавказа. Сначала горцы осваивали кизлярские и моздокские степи, Владикавказскую равнину, позднее - бассейны рек, в том числе р. Ардон. Переселение было добровольным. Его организацией занималась российская администрация, выделявшая переселенцам долгосрочные ссуды, стройматериалы, скот.

По утвержденному 4 сентября 1822 года генералом А.П. Ермоловым плану, всем осетинским обществам выделялись участки на равнине. Алагирское общество получило земли между реками Ардон и Крепс. Активное освоение этого района началось в первой трети XIX века, но отдельные группы смельчаков оседали здесь еще раньше. По свидетельству К. Хетагурова, еще в конце XVIII века часть осетин переселилась на равнину. Дореволюционный публицист Н. Решетин уточнил дату: "Итак, заселение плоскости относится к последним годам позапрошлого столетия (1770-1790 гг.)". Советский историк М.В. Рклицкий основание Ардона относил к концу XVIII века.


В послевоенное время старожилы Ардона Дриш Тлатов, Казмагомет Габуев, Татаркан Бесолов и др. вспоминали, что по рассказам их старших, первым мальчиком, родившемся в Ардоне, был Габыли Кашаевич Дзугаев. Близкие родственники Габыли - Адзабе и Хадзык Дзугаевы - сообщили, что Габыли умер в 1905 году, прожив 125 лет. Выходит, что он родился в 1780 году.
Активное заселение низовьев Ардона началось в 20-х годах XIX века.

Летом 1822 года владикавказский комендант полковник Скворцов, выполняя распоряжение наместника Кавказа, во главе отряда "из 400 человек пехоты и 120 казаков, при двух орудиях" в сопровождении осетинских феодалов тщательно исследовал равнинные земли, примыкавшие к горным обществам Осетии. На основании собранных данных был составлен план переселения горцев, утвержденный А.П. Ермоловым. "В будущую зиму, - писал наместник коменданту Владикавказа, - от крепости, строящейся на Урухе, через хребет Татартупский будет прорублена на Белую речку дорога и на реке Ардон расположится крепость, следовательно, на реке сей до самого впадения ее в Терек могут осетины селиться безбоязненно, и вы вразумите их, что, чем будут более их селения, тем менее они подвержены опасности".


В 1824 году дорогу между Елизаветинским и Константиновским военными поселениями перенесли на левый берег Терека. Для ее охраны возвели ряд новых укреплений, в том числе Ардонское. После строительства этого укрепления алагирцы стали активнее переселяться на равнину. Судя по имеющимся данным, осетинское поселение возникло в 1825 году. Разрешение на освоение угодий недалеко от Ардонского укрепления командующий войсками Кавказской линии генерал Еммануэль выдал служащему названного укрепления Тасо (Петру) Гайтову.

Позднее он вспоминал: "После перенесения в 1825 году с правой на левую сторону реки Терек Военно-Грузинской дороги... единственное тогда укрепление было Ардонское, где я находился при войсках за переводчика. Найдя в 1,5 верстах от Ардонского укрепления удобное пустопорожнее место, ... поселяясь там, я устроил аул, который состоял из 4 семейств моих родственников". Тасо Гайтов несколько раз ездил в горы, убеждал соплеменников переселиться на равнину. Первыми прибыли в Ардон Амзор, Созруко и Мул дар Кулаевы.


Местность здесь имела все, о чем мечтали горцы, и в первую очередь - огромные массивы нетронутых земель. Через несколько лет после основания в ауле жили семьи Хаткара, Кудзи и Гависа Кулаевых, Сахама Дзугаева, Цуцки Гудзиева, Тега Урусова, Дудара Доцоева, Мисирби Черкасова, Габиса и Баразка Адырхаевых, Баппи Каирова, Баби Баскаева, Хамурзы Ревазова, Курмана Бугулова, Тепка Урумова, Гало Джеранова, Гайтовых, Зангиевых и др. Очень быстро Ардон стал самым крупным населенным пунктом равнинной Осетии.

О темпах его роста свидетельствует статистика: в 1826 году аул насчитывал уже 113 дворов, в середине XIX века - более 250, в 1866 году - 295, 1886 - 403, в 1900 - 456, в 1917 - 845 и т.д. Трудолюбивые ардонцы жили в достатке. Современники отмечали, что они "засевают значительное количество земли пшеницей, кукурузой и просом, в последнее же время, ввиду спроса, начинают сеять даже ячмень и гречиху... Благодаря трудолюбию... они значительно опередили соседних кабардинцев и чеченцев не только материальным достатком, службой в рядах армии и гражданской, но даже в умственном отношении.

Осетины охотно берутся за книгу: все школы, училища и гимназии Северного Кавказа переполнены массой учащейся молодежи осетинского происхождения, которая благодаря природному уму своих отцов, идет намеченными шагами по пути прогресса, служа ему честно и неуклонно". Школа в Ардоне, одна из первых в Осетии, была открыта стараниями священника Михаила Сухиева.


По документам 1898 года, старшиной селения являлся "урядник Саша Дзитоев, а до него - Гако Мерденов. Податного населения было 1684 человека, привилегированного - 8. Учащихся в средне-учебном заведении 24, в низшем - 201". По сведениям Управления межевой частью Терской области, "в селе Ардонском земельный надел общий с селением Салугарданским, в коем числится земли под пашнями, покосами, выгонами и другими угодьями 1137 лес. 950 сажен; под лесом: строевым, дровяным, кустарником и садом - 575 дес. Неудобной земли 580 дес. 1450 сажен. Всего 12 528 дес. Домов каменных - 9, деревянных - 587. Мельниц водяных, мукомольных - 46. Рогатого скота - 3770, лошадей - 686, овец - 8066, пчел (сапеток) - 1805". До переписи 1886 года было 305 дымов, в 1898 году - 446.


В 1838 году рядом с осетинским селением возникла Ардонская станица. Для отвода земли Ардонской и другим станицам из Тифлиса прислали офицера корпуса, топографа Горшкова, который произвел необходимые работы под наблюдением владикавказского коменданта полковника Широкова. Место для станицы признали "здоровым по климатическим условиям". Сюда была переведена часть Владикавказского казачьего полка. Уволенные со службы женатые казаки занялись обустройством жилищ. На приобретение необходимого инструмента правительство выделило 10 000 рублей, а для доставки леса - 60 пар быков с повозками.

За 1838/39 годы в станице возвели 41 дом. Строительство жилья являлось предметом особой заботы как местной кавказской администрации, так и центрального правительства. О ходе строительства наместник Кавказа ежемесячно докладывал в Петербург. В 1840 году для возведения в станице церквей, лазаретов, школ, мельниц военное министерство дополнительно отпустило 35 000 рублей. Каждому женатому казаку выдали пособие в размере 250 рублей. Через два года в станице было уже 69 дворов.


Ардонские казаки прошли славный боевой путь, многие из них отличились в русско-турецкой войне 1877/78 годов, русско-японской и других войнах. Своеобразной академией для казаков являлась служба в императорском конвое. Так, например, в лейб-гвардии 3-й Терской казачьей сотне императорского конвоя служил ардонец Василий Горкун. За отличную службу он неоднократно поощрялся членами царской семьи. В частности, как-то на Пасху императрица подарила Василию золотое яйцо, а по окончании службы он получил кованый сундук с личной дарственной надписью императора Николая II.


Со временем граница между осетинским поселением и станицей практически исчезла (хотя формально в одно целое они объединились в 1924 году). Славу ардонцам - осетинам и станичникам - приносили трудолюбие жителей, лучшая в Осетии школа, а со второй половины XIX века - скачки. Они получили такую популярность, что их, по признанию современников, ''''посещали не только осетины ближних и дальних селений, но также ингуши и кабардинцы из-за Терека и Уруха.

Народу на скачки поэтому съезжается масса, а лошадей для состязания пригоняется несколько десятков". Деньги на скачки ассигновались из общественного фонда Ардонского общества и "добровольных пожертвований широких натур, которые в Осетии встречаются-таки". Скачки проводились ежегодно на третий день Пасхи. Сохранилось детальное описание таких скачек в 1892 году. Комиссию по их устройству возглавлял подполковник И. Д. Хоранов; ему помогали поручик Дзугаев и Андрей Караев. Добровольными помощниками являлись почетные жители Ардона: 100-летний Акир Габуев, Гакли Мерденов, Джанхот Джакаев, Тала Тузаков, Саукудз Тхапсаев, Ганой Бодриев и др.

О значимости мероприятия говорит то, что на него пригласили начальника Терской области С.В. Каханова и его окружение, начальника Владикавказского округа И.В. Нежнина и другие чины окружной администрации, командира Сунженско-Владикавказского казачьего полка И.Ф. Шерпутовского и многих штаб- и обер-офицеров полка.


Вообще у ардонцев, впрочем, как и у всех жителей Осетии, было особое отношение к армии. Напомним, что основатель села Тасо (Петр) Гайтов сам был доблестным офицером русской армии, разделив судьбу многих детей горской знати, он в 6-летнем возрасте был взят аманатом; воспитание получил в семье полковника в Варшаве. Армии отдал 25 лет. Характеризуя его, командир Владикавказского казачьего полка особо выделил такие черты, как ум, отвага, чрезвычайное трудолюбие, предприимчивость, строгость и требовательность к себе. Тасо смог достойно нести службу пристава у кабардинцев, ингушей, в Дигорском, Алагирском и Куртатинском ущельях, а затем возглавил сословный суд. Все это - свидетельство глубокого знания быта и нравов этих народов, умения находить пути общения в процессе исполнения своих весьма нелегких обязанностей.


Еще дальше по воинской лестнице продвинулся младший сын Тасо - Исай, ставший генералом. 6 мая 1865 года он покинул отцовский дом в Ардоне и поступил на службу во 2-й взвод горцев лейб-гвардии Кавказского эскадрона Собственного Его Величества конвоя. Военная карьера Исая была стремительной. В июле 1869 года он стал юнкером, а всего месяц спустя - прапорщиком.

В Дунайской войне 1877/78 годов участвовал в составе Осетинского дивизиона казачьей Кавказской дивизии.

Гостевая книга

сайт 15 региона - Северной Осетии-Алании

Посетите чат города Ардона.

Топографическая карта окрестностей города Ардона

Его Величество Ардон

Hosted by uCoz